— Мы и так уже удираем, — сказал Роджер. — И теперь самое главное — не попасться, вот и все. — И он снова отхлебнул из банки с таким видом, точно делал последний в жизни глоток.

Пикап мчался со скоростью 80 миль в час, затем стрелка подползла к отметке «90» — участок дороги выдался ровный и прямой.

— А он быстро едет, — заметил Эгги, взглянув в зеркало, и тут же снова уставился на дорогу. — Мать его за ногу!

Кальвин быстро опустил боковое стекло.

— Давайте выбросим банки!

— Нет! — рявкнул Роджер. — Ты что, совсем сдурел? Он нас все равно не догонит. Жми, жми!

Пикап взлетел на небольшой холм, колеса почти оторвались от земли, затем под визг шин они вошли в крутой поворот, и кузов замотало из стороны в сторону.

— Так и убиться недолго, — сказал Кальвин.

— Заткнись! — снова заорал Роджер. — Смотри на дорогу. Как-нибудь прорвемся.

— Почтовый ящик, — пробормотал Эгги и ударил по тормозам. Преследователь отставал на какие-то секунды, но видно его сейчас не было. Они резко свернули вправо, фары выхватили из тьмы маленький фермерский домик, примостившийся под высокими развесистыми дубами.

— Фары выключи! — скомандовал Роджер, точно ему не раз доводилось бывать в подобных ситуациях.

Эгги выключил мотор, затем — фары. Теперь машина медленно катила по короткой грязной дороге, и через несколько секунд остановилась рядом с другим пикапом, «фордом», принадлежавшим мистеру Бьюфорду М. Гейтсу, трасса 5, Овенсвилль, Миссисипи.

Патрульная машина пролетела мимо, синие мигалки горели, но сирена по-прежнему оставалась выключена. Коп их не заметил. Три донора сползли с сиденья, затаили дыхание и, лишь когда синие огоньки скрылись в темноте, медленно подняли головы.

Дом, который они выбрали, был погружен во тьму. Кругом стояла полная тишина. Лая собак слышно не было. Даже фонарь на крыльце не горел.

— Отличная работа, — пробормотал Роджер, и они снова задышали свободно.